Показаны сообщения с ярлыком Узбекистан. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Узбекистан. Показать все сообщения

суббота, 5 сентября 2015 г.

По бывшей империи Тамерлана. Самарканд. День второй и третий. Последние дни в Ташкенте перед отлетом в Москву


Я проснулся. В комнате было тепло-претепло. А именно тепла мне не хватало в предыдущие дни. В Хиве пару дней стоял мороз. Первый день в Самарканде погодой тоже не особо радовал. И вот наконец-таки тепло. Сплит-система, которая работала всю ночь, делала свое дело на ура. 

Выполз из номера и пошел завтракать. Покончив с едой, долго думать не стал и побрел осматривать город. Если вы читали предыдущую запись, то помните, что днем ранее мне удалось охватить достопримечательности, расположенные к западу от центра. На этот раз я планировал осмотреть те, что находятся к северу и северо-востоку. 

Хочется сказать пару слов о погоде. Она наконец-таки наладилась. Было по-прежнему довольно холодно. Но мороз уже не пробирал до костей. К тому же светило яркое солнце. Так что теперь можно было гулять и не думать, где бы согреться.
У площади Регистан

Прежде всего, меня интересовала площадь Регистан. Это, пожалуй, один из символов Узбекистана. Там находятся три величественных медресе: Улугбека, Тилля-Кари и Шердор. Первое было построено в пятнадцатом веке. Остальные - двумя веками позже. Все три образуют неповторимый ансамбль. 

Идти туда от моей гостиницы всего около десяти минут. Вскоре был на месте. Неприятно удивило то, что вход на площадь платный. То есть, конечно же, я читал об этом до поездки. Но впечатления немного портятся, когда оказываешься на месте. Представьте: несколько сот, а то и тысяч огороженных квадратных метров. Причем платить должны как иностранцы, так и жители Узбекистана (правда, в разы меньше). Куда более ожидаемым было бы, если бы плату брали за вход в медресе - за все три или за каждое в отдельности. Впрочем, был и один приятный момент во всей этой ситуации, момент, который наполнял меня духом авантюризма. В предыдущей записи я описывал, как бесплатно проник в усыпальницу Тамерлана. С Регистаном можно было провернуть то же самое. Если обойти площадь справа, то можно найти каменный забор, который тянется от медресе Тилля-Кари к медресе Шердор и тем самым не позволяет пройти. Только вот высота у него всего около метра, так что его можно с легкостью перелезть. Об этом я прочитал до поездки. 
По пути к мечети Ходжа Зиемурод увидел
старую вывеску МТС. Компании пришлось уйти несколько
лет назад с узбекского рынка. Но поговаривают, что вскоре она вернется

Нет, не подумайте, это не скаредность. Несколькими днями позже я спустил (именно спустил, потому что тратился на совершенно ненужные вещи) почти все свои узбекские деньги, оставив немного на такси до аэропорта. Не везти же местные сумы обратно в Россию. Просто, как я уже писал выше, хотелось ощутить дух авантюризма.

Кстати, на практике все вышло не так уж и гладко. Когда подошел к упомянутому заборчику, я увидел, что на площади полно полицейских. Перелезать у них на глазах - это уж совсем наглость. Но мне улыбнулась удача. В заборе была запертая на замок калитка. И тут один из служителей порядка направился к ней, отпер ее, а когда попытался запереть, сделал это настолько неудачно, что ее сломал. Делать нечего: он пошел по своим делам, а я, сделав морду тяпкой, беспрепятственно прошел на площадь и посетил медресе, которые, как и многие другие, оказались до отвала забитыми торговцами сувенирами.
У входа на территорию мечети Ходжа Зиемурод

Тут надо бы привести всякие легенды из Википедии. Одна из них гласит, что название Регистан - песочная площадь - появилось из-за того, что это место было усыпано песком, который впитывал кровь осужденных на казнь. Также здесь Тамерлан якобы выставлял насаженные на штыри головы своих врагов. Достоверность этого, наверное, уже никак не проверить.

Мой путь лежал дальше на север, в сторону от туристических мест. Мне хотелось побывать в мечети Ходжа Зиемурод. Это очень древнее место. Храм стоит на фундаменте, который датируется X-XI вв. Более того, считается, что здесь покоятся останки святого Георгия, который почитается не только христианами, но и мусульманами. Правда, в советское время предполагаемое место захоронения снесли. А еще есть поверье, что, если помолиться о чем-нибудь хорошем в этой мечети, желание обязательно сбудется в самом скором времени. 
Рядом с мечетью Биби-Ханум

От Регистана до мечети идти примерно пять минут. Ни во внутреннем дворе, ни в самом здании никого не оказалось, так что смог спокойно походить и пофотографировать. А вот когда я направился к выходу из комплекса, из ниоткуда возник старик - то ли имам, то ли просто смотритель. Он оказался не очень доброжелательным, наверное, самым недоброжелательным из всех, кого я встречал в Узбекистане. Он спросил, зачем я тут шатаюсь и фотографирую, и сказал идти фотографировать там, где это делают остальные туристы. Я уже осмотрел все, что хотел, поэтому учтиво распрощался со стариком и пошел к мечети Биби-Ханум.
Во внутреннем дворе мечети Биби-Ханум.
На переднем плане виден большой каменный пюпитр

Это самый величественный храм Самарканда. Он строился при Тамерлане, когда тот вернулся после победоносного похода в Индию. Причем спустя несколько месяцев после начала работ Тимур снова отправился на войну. А когда вернулся, был взбешен тем, что мечеть получилась не столь величественной, как он хотел. Здание частично разрушили и стали возводить заново. При этом Тамерлан, видимо, чувствуя приближающуюся смерть, всячески подгонял строителей. Работы велись днем и ночью и были закончены прежде, чем правитель умер. К сожалению, мечеть стала очень быстро разрушаться. Страдала она и из-за природных катаклизмов и, прежде всего, землетрясений. В итоге к началу XX века здесь стояли фактически одни руины. Когда в Узбекистане установилась советская власть, встал вопрос о восстановлении храма. Но это требовало больших материальных затрат. Кроме того, необходимо было провести значительные научные изыскания, чтобы облик мечети был максимально близок к изначальному. В итоге все ограничилось расчисткой территории и консервацией памятника. И только после выхода Узбекистана из состава СССР в Биби-Ханум прошли масштабные реставрационные работы, благодаря которым всякий может наблюдать мечеть во всем ее величии. Кажется, я уже писал ранее, что отношение президента страны Ислама Каримова к историческим памятникам вызывает у меня огромное уважение. Не лишним будет повторить это снова. В моих глазах это большая заслуга правителя и перед собственным народом, и перед всем миром.
Рядом с мечетью Биби-Ханум находится Сиабский рынок,
один из старейших в Средней Азии. На фото видна тройная арка - вход в него

На этот раз я заплатил за вход. Передо мной предстал довольно большой внутренний двор. Повсюду были туристические группы. В центре комплекса я увидел огромный каменный пюпитр. Видимо, с ним связаны какие-то поверья, поскольку вскоре на моих глазах под ним стала проползать пара женщин из числа туристов. 

Интересной также оказалась выставка фотографий, по которой можно было составить представление, как выглядела мечеть в разные времена. 

Немного погуляв, пошел к Шахи-Зинде. Это комплекс мавзолеев самаркандской знати XIV-XV вв. Туда опять же можно попасть бесплатно. Дело в том, что Шахи-Зинда располагается посреди современного кладбища. И если пройти по его центральной дорожке, то попадаешь в заднюю часть комплекса. Естественно, прогулка между могил меня не смутила. Все-таки до этого я точно так же искал Труворов крест в Изборске.
Конец ведущей к Шахи-Зинде центральной дорожки на кладбище

Признаться, Шахи-Зинда меня особо не впечатлила. Красиво, но не более того. Видимо, глаз уже ранее пресытился видами Бухары и Хивы.

Дальше мой путь лежал к мавзолею пророка Ходжа Донияр. По некоторым данным, он и ветхозаветный пророк Даниил - одно и то же лицо. Его останки - а точнее, руку - в Самарканд привез из очередного похода Тамерлан. Над захоронением воздвигли мавзолей, который был перестроен в начале XX века. Сейчас это здание длиной восемнадцать метров, в котором находится чуть меньшего размера саркофаг. По легенде, этот саркофаг постоянно увеличивается. К месту захоронения едет масса паломников, причем как мусульман, так и христиан. Когда я был у мавзолея, рядом постоянно читал молитву какой-то старик, вокруг которого собирались приходившие люди. Но не будем забегать сильно вперед.
Шахи-Зинда

Итак, по пути к мавзолею я заглянул на городище Афросиаб. Оно представляет собой большое количество холмов, занимающих значительную территорию. По сути, эти холмы являются не чем иным, как нагромождением культурных слоев, самый ранний из которых относится еще к дохристианской эпохе. Рядом находится музей истории Самарканда, который я решил не посещать.

И вот я уже подхожу к мавзолею пророка Даниила, и тут мне навстречу идет мой знакомый! Тут надо бы сделать отступление и вернуться на несколько дней назад. Еще будучи в Хиве, я утром, как обычно, спустился на завтрак. Хозяин предложил подсесть к какому-то парню. Разговорились. Тот оказался американцем, и звали его Нейтан. Он так же, как и я, путешествовал по Узбекистану. Из Хивы он собирался поехать в Самарканд, правда, днем раньше меня. Нейтан уже в конце беседы сказал, что, возможно, там увидимся. Я выразил ему свои сомнения на этот счет, поскольку это все-таки немаленький город. И тут такая встреча! Более того, оказалось, что после этого Нейтан поедет в Ташкент - опять же днем раньше меня. И остановиться он собирался в том же самом гостевом доме, в котором хотел заночевать я. На том и распрощались.

Быстро осмотрев мавзолей и помочив руки в святом источнике, находившемся рядом, я пошел к обсерватории Улугбека. Это то место, где много веков назад совершались открытия в области изучения космоса, которыми пользуются и по сей день. Надолго задерживаться там не стал. Мне еще хотелось заскочить на рынок и купить всяких сладостей, так что пошел обратно. По пути увидел вот такую чудесную оросительную систему:


Побывав на базаре, пошел в кафе, в котором обедал днем ранее - очень уж мне там понравилось. Кроме того, мне хотелось поесть лагмана: за все время моего пребывания в Узбекистане его не подавали ни в одном заведении, куда я приходил. В этот раз все повторилось: мне сказали заглянуть на следующий день и обещали, что лагман обязательно будет. Впрочем, я не сильно расстроился, поскольку в этом кафе подавали потрясающую шурпу. Кстати, на следующий день лагман мне опять же не суждено было отведать, поскольку, по словам хозяйки заведения, у них не было света и они не могли ничего приготовить.
На городище Афросиаб

После обеда пошел в гостиницу, где принялся за купленную накануне дыню. Она была невероятных размеров, так что приходилось буквально заталкивать ее в себя - не выбрасывать же. Кстати, тогда мне повезло: в столовой сидела парочка. Как оказалось, тоже из России. Я им отрезал по внушительному куску дыни, а они поделились арбузом - и это в конце октября!

Остаток дня я провел в номере. Признаться, бешеный темп последней пары недель сказывался, и хотелось побольше покоя. Да и осмотрел я практически все.

На следующий день я пошел к Ишратхане - "дому радости". Вокруг этого здания витает масса легенд. Одна из них гласит, что однажды Тамерлан пировал в нем, а его внук Улугбек вычислил, что в том месте должно произойти землетрясение. Тогда он ворвался в Ишратхану, выгнал всех. И как только, последний человек покинул здание, произошел подземный толчок, который практически полностью уничтожил постройку. Та с тех пор никогда не реставрировалась. По другой легенде, Тамерлан встретил на этом месте свою любимую жену и в честь этого велел возвести "дом радости" для проведения пиров и торжеств. Когда я там был, здание было в упадке, но там шли ремонтные работы. Уже наступал вечер, поэтому рядом отдыхала группа рабочих. Разговорился с ними. Один из них рассказал мне такой анекдот:
Рядом с мавзолеем пророка Даниила

Приезжает русский из Узбекистана и встречает знакомого узбека. Тот ему говорит: 
- Вот ты побывал на моей родине, а помнишь, как называется место, где пьют чай?
- Ну, чайхана.
- А место, где стригут?
- Сартарошхана.
- Правильно. А как будет по-узбекски "кладбище"?
Тот задумался на минуту, а потом выдает: "П...ецхана!"

После этого заглянул в мавзолей Ходжа Абди-Дарун. Затем съездил на вокзал и купил себе билет до Ташкента и вернулся в гостиницу.
У обсерватории Улугбека

На следующий день сел на поезд и к вечеру был в узбекской столице. В гостевом доме, помимо меня, остановилась пара ребят из Германии, а также Нейтан.

С немцами в тот же вечер пошли пить пиво в ближайшее кафе. За это я и люблю такого типа гостиницы: моментально знакомишься с людьми. А вот немцев понять не могу. Почему они везде ищут пиво - даже там, где, на мой взгляд, стоило бы сосредоточиться на каком-нибудь другом напитке? Впрочем, все равно интересные люди. Один был парень-экстраверт. Веселый и непринужденный. Вегетарианец. Ох и тяжело же ему, по его собственным словам, приходилось в Узбекистане! Другой - немного себе на уме. Увлекался фотографией и таскал с собой, помимо цифровой камеры, еще и огромный пленочный фотоаппарат. Если мне из узбекских городов больше всего понравилась Хива, то он не переставал говорить о Нукусе. Там он зачем-то купил три бутылки узбекской водки и одну из них на следующий день, уезжая, предложил забрать мне. Я посмеялся, сказав, что в России с этим товаром проблем точно нет. Так эта бутылка и осталась в гостевом доме.  

Возвращаясь к кафе, в котором мы сидели, скажу, что на следующий день я попробовал там очень необычное блюдо. Его порекомендовал хозяин заведения. Сказал, что дорогое, но того стоит. Заплатил я за него смешные три с половиной доллара (впрочем, за пять в обычной ситуации можно взять первое, второе, чай и много хлеба). Мне принесли небольшое блюдце, в котором был бульон, с кусками мяса. По вкусу похоже на будущий холодец - когда тот еще горячий. Позже хозяин мне сказал, что это был бычий хвост. Действительно потрясающая штука! Правда, не очень сытная.
Ишратхана

А в последний день перед отъездом я решил, что не могу уехать из Узбекистана, не попробовав лагман. И таки нашел его! На рынке, рядом с которым находился мой гостевой дом, оказалось достаточно большое кафе, и там подавали лагман. Что ж, это было моим самым большим разочарованием за время поездки! Мне многие твердили до отлета, что лагман - это что-то невообразимое. Нахваливали его и в Узбекистане. Причем практически все сходились во мнении, что лучший лагман можно найти в Ташкенте. А на деле это оказались обычные макароны с небольшим количеством мяса в подливке. Шурпа в Самарканде была в разы вкуснее.

Еще у меня состоялась достаточно интересная и продолжительная беседа с хозяином моего гостевого дома. Когда я останавливался у него в самом начале своего путешествия, то вскользь упомянул, что знаю арабский язык. А тут, найдя меня в одиночестве во внутреннем дворике, он довольно быстро перевел разговор на эту тему и сказал, что мне очень повезло, поскольку на том свете бог будет говорить по-арабски, а я один из немногих, кто его сможет понимать. И всячески призывал меня стать мусульманином.
В мавзолее Ходжа Абди-Дарун

В тот же день удалось поговорить и с сыном хозяина. Тот пришел убираться в комнате. Я рассказал ему об увиденном за время поездки, а он ответил, что не был ни в Самарканде, ни в Бухаре, ни в Хиве, но очень хотел бы побывать в Москве и посетить Красную площадь, поскольку, по его словам, это практически центр планеты, самое главное место на земле. Меня это очень удивило: уже двадцать с лишним лет мы живем в разных государствах, а ностальгия по Советскому Союзу сохраняется и по сей день. 

Вечером, в последний день перед моим отъездом, в гостинице появился новый постоялец. Из России. Разговорились. Звали его, кажется, Алексей. Он ехал в Узбекистан через киргизский Ош. По его словам, это значительно дешевле, нежели лететь напрямую в Ташкент. Хотя, когда он озвучил мне стоимость своего билета, оказалось, что заплатили мы примерно равные суммы. Видимо, мне просто повезло. Кстати, минус поездки через Ош - масса блокпостов из-за напряженных отношений между Узбекистаном и Киргизией.

Дальше - совсем чудеса! Оказалось, что мы оба учились в РГГУ. Причем оба в одно и то же время - с 2006 по 2011 год. То есть ходили постоянно рядом, а познакомились только в Узбекистане, за тысячи километров от alma mater. Вот уж действительно жизнь порой выдает крутые повороты.

На следующий день мне надо было улетать. Поймал такси до аэропорта. Самолет задержали на пару часов из-за жуткой непогоды. Но, несмотря ни на что, вечером того же дня я вернулся домой.

Подробнее о достопримечательностях Самарканда вы можете почитать на этой странице. 

Если вам понравилась запись, вы можете поделиться ей в социальных сетях и подписаться на обновления. Также вы можете поддержать проект через форму "Поддержать проект".


вторник, 21 июля 2015 г.

По бывшей империи Тамерлана. Самарканд. День первый

У мавзолея Гур-Эмир
Самый главный минус поезда, идущего из Ургенча в Ташкент, заключается в том, что в Самарканд, где мне надо было выходить, он приезжает в пять с небольшим утра. И все бы ничего, можно было бы прогуляться по улочкам, но, как только я вышел из вагона, меня обдало морозным воздухом. Тело тут же вспомнило весь ужас перенесенных холодов в Хиве и стало отчаянно дрожать. На улице, по ощущениям, было примерно два градуса выше нуля, что, конечно, приятнее, нежели когда столбик термометра уходит в минус, с чем я имел дело пару дней назад, но все равно имеющейся одежды катастрофически не хватало.

Я напросился в здание вокзала, предварительно прогнав свой рюкзак через рентген. Внутри температура была ненамного выше, зато стены защищали от ветра. Так началось ожидание, длившееся примерно два с половиной часа - я решил, что выйду на улицу в восемь утра. Между делом развлекал себя осмотром сувениров в закрытых стеклянных палатках и небольшой выставки с фотографиями узбекских железнодорожных вокзалов и старался хоть как-то согреться.
Храм святого великомученика Георгия Победоносца

Время тянулось долго. В восемь вышел на улицу и направился к автобусной остановке. Если посмотреть на карту, то можно увидеть, что железнодорожный вокзал Самарканда находится довольно далеко от центра города - по прямой примерно четыре с половиной километра. В обычный день я бы с удовольствием прогулялся по улицам, а заодно нашел какое-нибудь кафе, поскольку голод давал о себе знать еще с того момента, как я проснулся в поезде. Но день из-за погодных условий был, как вы уже поняли, необычным, поэтому выбор пал на общественный транспорт.

Людей от вокзала развозили автобусы, чем-то похожие на "ПАЗы". Спросив, на каком можно добраться до центра, влез в один из подошедших. Влез с надеждой, что уж тут-то будет работать печка. Надеялся я зря. Видимо, автобус только-только завели, и внутри было так же холодно, как и снаружи.

Надо сказать, что, несмотря на все обрушившиеся неприятности, я не собирался отклоняться от своего плана. А он диктовал, что в первый день пребывания в Самарканде я должен побывать в пяти церквях: трех православных, одной католической и одной армянской. Если посмотреть на мою карту достопримечательностей Узбекистана, то можно увидеть, что все церкви находятся несколько в стороне от других интересных мест города, но при этом расположены довольно близко друг к другу. Я решил, что для первой половины дня это будет оптимальный маршрут. А остаток времени мне хотелось посвятить отдыху.
Церковь Покрова Божьей Матери

Итак, автобус остановился неподалеку от храма святого великомученика Георгия Победоносца. Тот находился в стороне от главной дороги. Асфальт сменился проселком. В какой-то момент прошел мимо школы, куда спешили дети. Наконец я уперся в кладбище. Посмотрел на карту. Оказалось, что пропустил поворот. 

У церкви достаточно длинная история. Приход был образован во второй половине XIX века. В 20-е годы XX века храм закрыли, а примерно десять лет спустя для общины был куплен дом для молитв, позже получивший статус церкви. Она работает по сей день. Причем это действительно обычный жилой дом, который просто был перестроен. 

К сожалению, посмотреть на внутреннее убранство мне не удалось, поскольку храм был закрыт. Признаться, я был разочарован, потому что рассчитывал немного отогреться. Но что поделаешь. Направился к следующему пункту, которой стала церковь Покрова Божьей Матери, построенная в 1903 году. Там повезло больше. Внутри практически никого не было, так что я смог спокойно посидеть, отдохнуть, а заодно подумать о вечном.
Внутри церкви Покрова Божьей Матери

Впереди меня ждала армянская церковь, также открывшая для прихожан свои двери в 1903 году. Но пока мне хотелось бы сделать небольшое отступление и сказать пару слов о районе, по которому мне довелось ходить. Наверное, если бы меня в один миг перенесли туда какой-нибудь чудо-машиной и не сказали, что я нахожусь в Узбекистане, я был бы убежден, что не покидал пределов Родины: места к западу от центра города ну очень сильно напоминают небольшой провинциальный город юга России. Здесь строем стояли одноэтажные домики, совершенно лишенные восточного колорита, все было зелено и спокойно, изредка встречались люди. Этот район Самарканда я бы назвал самой европеизированной частью страны. Даже Ташкент, серьезно пострадавший в 1966 году от землетрясения и практически заново отстраивавшийся советскими властями, тем не менее, сохраняет восточные черты. Собственно, от них в узбекской столице никто и не собирался отказываться. "Брежневки" и "хрущевки" там особым образом стилизованы. А тот район Самарканда, похоже, застраивался и заселялся переселенцами из России после присоединения города к империи в конце XIX века. 
Армянская церковь святой Аствацацин

Еще одна особенность - это, как я бы его назвал, квартал авиакасс. В какой-то момент мне попалась на глаза первая. Через пару домов нашел еще одну. Потом третью. Четвертую. Пятую. Всего штук десять, находящихся в нескольких метрах одна от другой! В общем, авиакассы в Самарканде подчинялись тем же законам, что и кафе.

Вернемся к армянской церкви. Она оказалась пустой, если не считать свечницы. Та убиралась. Увидев меня, она предложила купить свечи. Почему-то мне кажется, что это и есть проявление той самой толерантности. Уж точно мое лицо лишено каких-либо армянских черт. Тем не менее, для нее, судя по всему, я был человеком, который зашел в храм божий; и неважно, какую религию я исповедую, к какой конфессии принадлежу и верю ли вообще.
Католический приход под воззванием святого Иоанна Крестителя

Католическая церковь - следующий пункт моего плана на тот день - оказалась закрытой. Так что пришлось довольствоваться внешним видом. Расскажу вкратце об этом храме. После присоединения районов современного Узбекистана к Российской Империи сюда стали переселяться немцы и поляки из числа российских подданных. А с началом Первой мировой войны в Самарканд стали направлять пленных. В итоге сформировалась достаточно большая община, которая ходатайствовала о возведении для себя церкви. Ее построили в 1916 году. С установлением советской власти храм закрыли и оборудовали в здании спортивный зал. В конце 80-х здесь разместили орган, а в 1995 году церковь вернули верующим.

Мне оставалось посетить Алексеевский собор. Это главный православный храм Самарканда. История у него, в общем-то, стандартная: построили в начале XX века, закрыли при советской власти и вернули верующим через несколько лет после распада Советского Союза. В дни празднования 125-летия Ташкентской и Среднеазиатской епархии в 1996 году собор посетил Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. Храм располагается примерно в двухстах метрах от католической церкви. Внутренняя планировка у него оказалась совершенно нетипичной - у меня возникли ассоциации с манежем. Еще меня удивило, что в какой-то момент в церковь зашла узбечка - почему-то у меня была внутренняя установка, что паства здесь состоит исключительно из этнических русских. 
Алексеевский собор

В соборе я провел немало времени, поскольку у меня совершенно не было сил (как я позже понял, из-за голода, который к тому моменту порядком притупился). К тому же мне было очень холодно.

Перед поездкой в Самарканд я не стал бронировать место в каком-либо из гостевых домов. Впрочем, предложения все-таки изучил. Мне понравилось одно местечко, расположенное в самом центре города, буквально в 30-40 метрах от мавзолея Гур-Эмир. Поэтому, как следует отсидевшись в церкви, пошел в ту сторону. 

Если посмотреть на мою карту достопримечательностей, то можно увидеть, что на пути мне встретился мавзолей Рухабад. Он был построен в XIV веке по приказу Тамерлана и служил местом упокоения исламского проповедника, богослова и ученого Бурханеддина Сагарджи. Интересно, что с тех времен до нас дошло не только здание, но и деревянные двери, украшенные сложнейшей резьбой. 
Внутреннее убранство Алексеевского собора

Я решил заглянуть туда и там столкнулся с хитростью, о которой читал до поездки в Узбекистан, но, как оказалось, впустую. На пороге меня встретила пара узбеков. Они тут же пригласили зайти, что я и сделал. Внутри, кроме саркофагов, не было ничего примечательного. Откровенно говоря, если вы не паломник, то делать там особо нечего. Поэтому уже пару-тройку минут спустя я решил продолжить свой путь. И только собрался переступить за порог, как один из встречавших меня узбеков сказал, что посещение этого места платное. Как же я мог так опростоволоситься? Но деваться некуда. Отдал 5000 сум (примерно 65 рублей на тот момент) и получил взамен билет.

Надо заметить, что до поездки я также читал про возможность попасть в некоторые достопримечательности Самарканда бесплатно. И если до посещения мавзолея Рухабад у меня были сомнения, стоит ли это делать, то теперь они полностью отпали. Чувство, что меня надурили, а также спортивный интерес сделали свое дело. А потому я направился прямиком к Гур-Эмиру. Он находился примерно в двухстах пятидесяти метрах.
Рядом с памятником Тамерлану, расположенным неподалеку от Гур-Эмира

Тут, наверное, надо сделать небольшое отступление и в двух словах рассказать о нем. Это мавзолей, где похоронен Тамерлан, а также члены его семьи, в том числе его небезызвестный внук Улугбек. Кроме того, там же лежит учитель великого завоевателя Мир Саид Барака. Причем с ним связана одна особенность расположения могил в мавзолее. Когда Тимура спросили, в какой части усыпальницы он хотел бы быть похоронненым после смерти, тот приказал положить себя в ногах своего наставника. Естественно, есть и ряд легенд, связанных с этим мавзолеем. Одна из самых известных гласит, что советские археологи в 1941 году вскрыли могилу Тамерлана. А на следующий день началась Великая Отечественная война. И только когда завоевателя вновь похоронили по исламским обычаям, в противостоянии произошел коренной поворот.
Мавзолей Рухабад

Итак, вернемся к тому, как попасть в мавзолей бесплатно. Об этом, напомню, я вычитал в интернете, причем на сайте довольно известного издания. Там писали, что надо не входить в центральный вход, а обойти здание и зайти в него через выход, где нет касс. И действительно! Обошел. Там стояла группа туристов, которая только что вышла из мавзолея. Смешавшись с ними, зашел внутрь, все как следует осмотрел и вышел довольный тем, что отыгрался за Рухабад. А вам предлагаю насладиться внутренним убранством Гур-Эмира:


Теперь уже точно пришло время заселяться в гостевой дом. Выше я писал, что он находится в 30-40 метрах от Гур-Эмира. Мавзолей от жилой застройки отделяет каменный забор с воротами. Спустя примерно десять минут поисков я нашел нужное мне место. Сторговался на двадцати долларах в сутки (это самая большая цена, что я платил за время своей поездки по Узбекистану). Меня заселили в комнату, полностью уставленную кроватями. Отопление там почти не работало. Условия были так себе. Побросав вещи, пошел узнавать у хозяина, где поблизости можно найти кафе, а также рынок. Он мне показал все прямо на моем планшете. Общепит располагался примерно в пяти минутах ходьбы. Зашел в первое попавшееся место (а там на пятачке было сосредоточено семь или восемь самых разных кафе). И там я ел самое вкусное блюдо из тех, что пробовал за время поездки: шурпу. Это суп с турецким горохом, половиной картофелины, другими овощами и огромным куском мяса. Съев его, а также много чего другого, я стал чувствовать, как тепло расползается по телу, холод, мучивший меня на протяжении долгого времени, отступает, а самого меня клонит в сон.
Гур-Эмир

День явно удался. Тут бы и отправиться в гостевой дом спать, но прежде я хотел заглянуть на рынок и купить дыню. Идти до него было минут пятнадцать. Там нашел развалы. Если вы читали мой рассказ про первые дни в Хиве, то, наверное, помните, что там я тоже покупал дыню, которая оказалась на редкость вкусной. К сожалению, в Самарканде такого сорта не было. Купить можно было лишь привычные нам "торпеды". Я подошел к одному продавцу и попросил попробовать. Он отрезал кусочек. Тот оказался совсем несладким. Пошел к другому развалу. Там в ответ на мою просьбу хозяин тут же оживился. Он сказал: "Я тебе сейчас дам поесть черной дыни. Ты такой никогда не ел". Признаться, у меня глаза на лоб полезли: он потянулся с ножом к тому, что я по невнимательности принял за арбуз. Темная, почти черная - как тут не спутать. Какой же вкусной оказалась та дыня! Я такой в жизни никогда не ел. "Но она дорогая", - сказал продавец, увидев, что мне сильно понравилось. "А теперь попробуй вот эту", - продолжил он и дал мне кусок "торпеды". После той дыни ощущение было, будто в рот налили подслащенной воды. Я спросил, сколько стоит черная. Оказалось, двенадцать тысяч сумов (примерно сто шестьдесят рублей на тот момент). Сторговались на десяти. Причем продавец говорит мне, что за такую цену он готов продать мне самую маленькую дыню. Я тут же согласился, потому что самая маленькая дыня не только выглядела, как арбуз, но и ничуть не уступала ему в размере и массе. Еле донес ее до гостевого дома. Там попросил у хозяев нож и предложил им присоединиться, похвалившись, какую дыню купил. Они, конечно же, усмехнулись и, отказавшись, сказали, что их этим уже давно невозможно удивить. Пришлось есть в гордом одиночестве.
Вот как выглядит дыня, которую я ошибочно принял за арбуз

После пошел в свою комнату. К тому моменту день уже клонился к вечеру. Меня сильно разморило. Поэтому я прямо в одежде, чтобы было теплее, поскольку батареи едва грели, завалился спать. Проснулся, когда уже было темно. Включил свет и телевизор. Спустя примерно пятнадцать минут в дверь постучали. Это был хозяин. Он сказал, что освободилась комната получше. Я тут же собрал вещи и перебрался туда.

Надо сказать, что на новом месте мои впечатления от гостевого дома кардинально поменялись: у меня была небольшая комнатушка, но тут, в отличие от предыдущей, стоял шкаф; кроме того, здесь был отдельный санузел и, наконец, самое главное - сплит система, которая работала на обогрев. Так что спустя десять-пятнадцать минут воздух стал теплым и приятным, поэтому мне впервые за последние несколько дней не пришлось спать в верхней одежде. Жизнь, определенно, стала налаживаться.



суббота, 23 мая 2015 г.

По бывшей империи Тамерлана. Хива. День третий и четвертый

Рядом с минаретом Кальта
До того как я начал путешествовать самостоятельно, а не с турфирмами, мне всегда казалось, что главная неприятность, которая может застигнуть туриста, это многодневный дождь во время пляжного отдыха. Теперь могу сказать, что это далеко не фатально. В конце концов, можно занять себя, например, экскурсиями или пустой болтовней с друзьями по несчастью в одном из баров отеля. Куда более серьезной является ситуация, когда вы едете в то или иное место с расчетом на один температурный режим, а оказываетесь в какой-то момент в совершенно ином. Именно так произошло со мной в Хиве. 
На пустых уличах Ичан-Калы обнаружил верблюда. Холод его явно не смущал

До этого погода мне преподнесла сюрприз в виде ливня в Бухаре. Было неприятно, холодно, но терпимо. Затем была пара дней в Хиве, которые прошли под знаком очень солнечной и в то же время прохладной погоды. Все изменилось на третий день. Я проснулся от холода. Здесь хочется сделать небольшое выступление.

Еще когда я ехал в поезде из Ташкента в Бухару, моя попутчица произнесла примерно такую фразу: "Вот, взяла с собой кофту, а то в тех районах сегодня может быть плюс пятнадцать, а завтра - минус десять". Тогда я особо не обратил внимание на эти слова. Да и показались они мне не очень-то реальными. Но женщина оказалась права.

Итак, проснулся я от холода. Отопление, разумеется, не работало. Одеяло спасало, но, когда вылезал из-под него, становилось невыносимо. Планшет показывал, что на улице минус один. Кое-как переполз в ванную и включил горячий душ. К счастью, удалось согреться, да и пар от воды создал приятный микроклимат. Впрочем, ненадолго.
У входа в мавзолей Саида Аллауддина

Пошел завтракать. Пока спускался со второго этажа гостевого дома, где находилась моя комната, на первый в столовую, успел опять замерзнуть.

Тут стоит отметить, что я никак не рассчитывал на такие капризы погоды, поэтому из теплых вещей взял с собой только толстовку и легкую куртку, которую обычно надеваю, когда температура на улице находится между десятью и двадцатью тепла. В общем, для минус одного все это не подходило совсем. Но деваться было некуда. Мне оставалось посмотреть немало достопримечательностей в Хиве, а время погодные условия в расчет, как вы понимаете, не принимает.

Позавтракав, я быстро собрался и пошел смотреть мавзолей исламского ученого Саида Аллауддина. Это небольшое здание, ничем не примечательное внешне. И в то же время оно является одним из старейших в Хиве: его возвели в XIV веке. Внутри две комнаты. В одной находится саркофаг, и попасть туда невозможно из-за перегородки. Другая предназначена для паломников. 
Внутри мавзоля Саида Аллауддина

Начнем с того, что мавзолей мне понравился прежде всего работавшим внутри обогревателем: за десять минут на улице я успел сильно замерзнуть. Что касается внутренней отделки, то там была только побелка. Из интересного - саркофаг, покрытый причудливыми узорами. В молельном зале сидел старик (на фотографии может показаться, что это восковая фигура). Я поболтался некоторое время внутри, чуть-чуть отогрелся, а когда собрался уходить, в мавзолей зашла большая группа людей, в основном женщин. С собой они несли новорожденного, вероятно, для совершения некоего религиозного обряда. Какого - даже представить не могу. Задерживаться и выяснять я не стал, поскольку, как мне представлялось, процедура предстояла довольно интимная и мое присутствие на ней было бы нежелательным.

Выйдя из мавзолея, я направился к медресе Мухаммеда Амин-хана. Построенное в середине XIX века, оно стало самым большим духовным учебным заведением Средней Азии. Сейчас в нем находится один из дорогих отелей Хивы. Рядом с медресе стоит тот самый знаменитый минарет Кальта. Я уже писал о нем в одной из предыдущих записей: "Его строительство началось в середине XIX века. Высота будущего сооружения должна была достигать, по некоторым данным, ста десяти метров. Однако после убийства в 1855 году тогдашнего правителя Хивы Мухаммеда Амин-хана строительство было приостановлено. Навсегда. Так что с тех пор минарет так и стоит на радость туристам". Кроме того, я нашел еще один любопытный факт, в достоверности которого, впрочем, есть основания сомневаться. Дело в том, что строительство стоящего рядом медресе осуществлялось жителями города на бесплатной основе. Естественно, им такое положение вещей не нравилось, и в какой-то момент в Хиве поднялось восстание. Бунт подавили. А к тому моменту как раз пришло время закладывать минарет. В итоге главаря завернули живьем в шкуру, положили в фундамент будущего сооружения, а сверху накрыли плитой. Так что, вероятно, останки несчастного до сих пор покоятся под сооружением.

Минарет Кальта и медресе Мухаммеда Амин-хана
Я заметил, что со второго этажа медресе к минарету протянута небольшая лесенка. К сожалению, служащий отеля сказал, что попасть туда не удастся. 

Рядом с медресе и минаретом находится дворец Куня-Арк. Когда-то он был одной из ханских резиденций. Причем слово "дворец" в данном случае не очень правильное, поскольку это сооружение представляет собой крепость, одна из стен которой является частью крепости Ичан-Кала. Соответственно, она и три другие образуют прямоугольник. Здесь есть внутренний двор, собственно дворец, мечеть, а также ряд других помещений.
У ворот, ведущих во дворец Куня-Арк

Во дворе находится колодец Хейвак. По преданию, его приказал выкопать сын Ноя Сим, после чего вокруг началось строительство города. Кстати, Хива в древности называлась именно Хейвак. Не уверен, что на сделанной мной фотографии тот самый колодец, но других во дворце Куня-Арк я больше не видел.

Не обнаружив во внутреннем дворе больше ничего интересного, я пошел осматривать помещения. Первым оказался тронный зал. Рядом с ним стояла группа туристов с экскурсоводом, что меня немало удивило: в такой холод улицы Хивы были почти пустыми, и только торговцы сувенирами вносили на них некоторое оживление. Экскурсовод говорил по-русски, так что мне удалось узнать парочку любопытных фактов о тронном зале. Обратите внимание: на фотографии можно рассмотреть две небольшие лесенки. Одна шире, другая уже. Это не просто так. По словам экскурсовода, по широкой мог подниматься только правитель, тогда как узкая предназначалась для всех остальных. 
Вероятно, это и есть колодец Хейвак

Сам тронный зал выглядит несколько непривычно для россиян, особенно для тех из них, кто бывал в Эрмитаже Санкт-Петербурга, а уж тем более Екатерининском дворце города Пушкина. Я бы даже сказал, что, по сравнению с нашими царями, хивинские правители были прямо-таки аскетами. Тем не менее, если приглядеться, то можно увидеть, что стены тронного зала покрыты красивой резьбой, а из помещения можно выйти через деревянную дверь, которая, как я писал ранее, свидетельствует о богатстве хозяина.

Еще один подслушанный мной у экскурсовода любопытный факт гласит, будто правитель Хивы, принимая посетителей в тронном зале, не мог лгать и обманывать. Причина очень простая: в одной из ниш в стене напротив трона стоял Коран. А грешить, глядя на священную книгу, - дело совсем уж непристойное.
Вход в тронный зал дворца Куня-Арк. Лестница побольше
предназначалась для хана, поменьше - для всех остальных

Выйдя из тронного зала, я пошел смотреть главный бастион крепости Ичан-Кала, расположенный как раз во дворце Куня-Арк. Он куда выше всех остальных и раньше служил наблюдательным пунктом. А сейчас здесь оборудовали, наряду с минаретами Ислам-Ходжа и Джума, смотровую площадку, куда можно подняться за дополнительную плату. В такой холод желающих сделать это нашлось немного - всего около пяти человек, включая меня. Конечно, вид оттуда не столь завораживающий, как с минаретов, но тоже ничего. Из плюсов - возможность укрыться от пронизывающего ледяного ветра. 

Становилось совсем холодно. Тело сотрясала дрожь, руки не слушались. Мне срочно надо было согреться. К счастью, такая возможность вскоре представилась.

В тронном зале дворца Куня-Арк

Спустившись, я пошел осматривать крепость Куня-Арк дальше. Прошел мимо красиво отделанной мечети и оказался в небольшом дворике. Там увидел вход в музей. Он состоял из одного помещения, в котором была реконструирована обстановка монетного двора времен хивинских ханов, а также представлено небольшое количество узбекских монет. Но в тот момент, пожалуй, главным достоинством этого места для меня стал работавший обогреватель. Его было явно недостаточно, чтобы отопить на должном уровне помещение. Но все же здесь было куда лучше, нежели на улице. 
Рядом с главным бастионом крепости Ичан-Кала

Отогревшись, я вернулся во двор и уже собирался было уходить, как обнаружил маленькую дверцу. Оказалось, что за ней находится еще один музей, в котором были собраны различные археологические находки, а также разного рода изобретения узбеков и механизмы, применяемые в быту.

На этом мое знакомство с дворцом Куня-Арк подошло к концу, и я отправился к стоящему напротив него медресе Мухаммеда Рахим-хана, построенному в 1871 году. Как гласила табличка на входе, внутри располагался музей истории. На практике он оказался собранием разных вещей, принадлежащих зачастую разным эпохам. Проследить историю Хивы по экспозиции было невозможно. 
Медресе Мухаммеда Рахим-хана

Вообще, все выставки в городе были несколько сумбурными, непривычными для посетителя российских музеев, в большинстве из которых систематизация представленных предметов находится на очень высоком уровне.

Дальше мне хотелось посмотреть дворец Нурулабай. Хотя, если честно, промерзшее насквозь тело противилось как только могло. Дело в том, что это летняя резиденция хивинских ханов, а потому расположена она не в шумной и пыльной крепости Ичан-Кала, а к северо-западу от нее. Идти туда не так далеко, чуть больше полукилометра. Но прогулка на морозе превратилась в настоящую пытку. К тому же впереди ждало разочарование: резиденция оказалась на реставрации, а идти в стоящий рядом музей у меня к тому моменту не было никакого желания. Так что пришлось возвращаться в крепость Ичан-Кала. Времени было не так много, но я для себя решил, что на сегодня культурной программы с меня хватит. Да и голод стал потихоньку о себе напоминать. Отправился на рынок в поисках кафе. Одно такое нашел. Заказанные шашлык и чай очень быстро остыли, так что особого удовольствия от еды я не получил. 

На хивинском рынке

Кстати, как вы можете видеть, я опубликовал несколько фотографий с хивинского рынка. Это типичный для советских времен базар, дополненный местным колоритом. Многие люди ходят в национальных халатах, многие не особо обращают внимание на свой внешний вид, в связи с чем я в своей куртке, которую по-хорошему давно надо было бы выкинуть, выглядел на общем фоне не особо выделяющимся. На одной из фотографий видно, как от чана идет дым. Это жарят рыбу, как у нас сказали бы, во фритюре: наливают большое количество масла, разогревают до кипения и бросают туда рыбешки небольшого размера. Покупать не стал. Побрезговал. Еще меня удивила странная морковь. Ее тоже можно найти на одной из фотографий. В отличие от обычной оранжевой, эта была бледно-желтой. Уже дома мне сказали, что якобы у такой моркови очень малое содержание витамина А, но это неправда. Просто речь идет о совершенно ином сорте нежели тот, к которому привыкли мы. 
Троллейбус, который ходит между Хивой и Ургенчем
Поев, я пошел купить большую банку желтого боярышника - очень уж он мне понравился, а после вернулся в гостиницу, где забрался под одеяло прямо в одежде и до самой ночи лежал и смотрел телевизор.

Хива мне так понравилась, что, пока была хорошая погода, я думал остаться здесь на четыре дня. Это позволило бы мне спокойно гулять по улочкам, а не бегать галопом по достопримечательностям, найти приличный ресторанчик, пообщаться с местными жителями. Но когда ударил мороз, я решил, что задерживаться так надолго не имеет никакого смысла. Посмотреть мне оставалось не так много, и в основном это были не самые значительные достопримечательности. Поезд на Самарканд отправлялся во второй половине дня, так что мне с лихвой хватило бы на них времени.

Так и поступил. Проснувшись утром, позавтракав, я быстро пробежался по Хиве, посмотрел и сфотографировал все, что не успел ранее, и пошел к троллейбусу. Там разговорился с местным пареньком, который ехал на учебу в институт. Русский он практически не знал, так что беседовали по-английски. Мой собеседник поведал мне в двух словах о системе образования в Узбекистане. Оказалось, что каждый ребенок в обязательном порядке заканчивает школу, а затем техникум или училище, после чего при желании может поступать в вуз. Мой попутчик изучал в институте английский и немецкий языки. С первым у него было неплохо, а вот второй сильно хромал. Пока ехали, я помог ему сделать домашнее задание.

Троллейбус домчал меня до рынка Ургенча. Там я купил самсы в дорогу, сел на автобус до вокзала и уже вскоре залез в поезд. Впереди меня ждал Самарканд.


пятница, 8 мая 2015 г.

По бывшей империи Тамерлана. Хива. День первый и второй

Вечером на крыше гостевого дома в Хиве
Я проснулся от разговоров - соседи по вагону в эмоциях не ограничивались. Посмотрел на часы. Те показывали половину восьмого. Мне оставалось только тяжело вздохнуть, ведь лег я в три ночи, а до этого у меня был более чем напряженный день. 

Поднялся. Взглянул в окно: пейзаж кардинально изменился. Повсюду, куда только падал взгляд, была пустыня. Самая настоящая пустыня Кызылкум! С колючками, мертвая. Не такая, как в Африке. Эта пустыня была с примесью какого-то необъяснимого мрака. Часто у самой железной дороги встречались насаждения черного цвета (а может, это некая искусственная "трава"), состоящие из прилегающих друг к другу квадратов со стороной примерно метр-полтора. Позже мне рассказали, что они нужны, чтобы задерживать песок, дабы тот не занес рельсы и шпалы.
Пустыня Кызылкум. Вид из окна поезда

Мои соседи оказались врачами, которые ехали домой. Довольно быстро с ними разговорился. Сами они были из Ургенча. В своих предыдущих записях я писал, что из этого города в Хиву ходит троллейбус. Кстати, расстояние между городами составляет примерно тридцать километров. Уже ближе к пункту назначения мои попутчики сказали, что от железнодорожного вокзала до троллейбусной остановки надо довольно долго ехать, и предложили меня подвезти. Я согласился.

Между тем наш поезд приехал в Учкудук. Да-да, тот самый, о котором поется в известной песне. Сейчас, конечно, это не то романтичное место, которое "защитит от солнца" путника. После поездки я почитал об этом городе и скажу вам, что жить там мне бы не хотелось, поскольку трех колодцев (а именно так переводится на русский язык название) там уже и в помине нет, зато ведется добыча урана и производится серная кислота.

Я продолжал болтать со своими попутчиками. Они мне купили пирожок с картошкой и кофе, за что я им был бесконечно благодарен, поскольку с прошлого дня, кроме пары шоколадок, во рту ничего не было.

В Хиве я планировал провести три-четыре ночи, поэтому, помимо осмотра достопримечательностей, мне хотелось себя чем-то побаловать. Этим чем-то я видел в своих мечтах дыню. Раньше я не мог ее себе позволить поскольку нигде надолго не задерживался. Своими мыслями поделился с попутчиками. Они тут же воодушевились и сказали, что в Хорезме (за все время они ни разу не назвали ни одну область Узбекистана, а говорили исключительно "Хорезм"; вот и не знаю, что это: проявление своеобразного патриотизма или национализма?) самые вкусные дыни. И они рассказали, как их выбирать. По их словам, в Хорезме осенью есть два вида дынь. Одни выглядят красиво и хорошо пахнут. Это привычные нам "торпеды". Их мне посоветовали не брать. Вместо этого, мои попутчики сказали обратить внимание на страшненькие, с зеленоватыми пятнами дыни, которые вообще не пахнут. Эту информацию я намотал на ус.

Мы ехали, и тут мои попутчики говорят, чтобы я посмотрел в окно. Я сидел спиной по направлению движения, поэтому увидел не сразу: мы проезжали через Амударью. Конечно же, это далеко не Волга и даже не Дон или Ока, но ее значение для региона во все времена было огромным.
Проезжаем над рекой Амударья

Мы приближались к Ургенчу. Пейзаж за окном сменился: пустыня отступила, и на ее место пришли хлопковые и рисовые поля. Как раз шел завершающий этап страды. Мне рассказали, что сейчас собирают последние остатки хлопка. Я поинтересовался по поводу урожайности и спросил, сколько было в советские времена. Если память мне не изменяет, разница составила примерно тридцать процентов. В пользу советских времен.

Приехали в Ургенч. Я шел за своими попутчиками. Меня посадили в "Дамас", приписанный, судя по всему, к одной из местных больниц, и через несколько минут я оказался около центрального рынка Ургенча, откуда шел троллейбус на Хиву. Он уже стоял на остановке. Я быстро в него забрался.

Почему меня так интересовала Хива? Прежде всего потому, что ее центральная часть, крепость Ичан-Кала, представляющая собой прямоугольник со сторонами 700 и 400 метров, по праву считается музеем под открытым небом. Здесь сосредоточено огромное количество архитектурных памятников XIV-XX вв., среди которых есть несколько дворцов, немало медресе и мечетей. Кроме того, мне хотелось посмотреть на один из символов Хивы (да и, пожалуй, всего Узбекистана): минарет Кальта. Его строительство началось в середине XIX века. Высота будущего сооружения должна была достигать, по некоторым данным, ста десяти метров. Однако после убийства в 1855 году тогдашнего правителя Хивы Мухаммеда Амин-хана строительство было приостановлено. Навсегда. Так что с тех пор минарет так и стоит на радость туристам.

Почему-то мне представлялось, что троллейбус из Ургенча до Хивы - это своего рода туристический аттракцион. Как же сильно я ошибался! Еще на первой остановке в него набилось огромное количество людей. Оказалось, что их развозят по маленьким деревням по пути в Хиву, и, судя по всему, этот маршрут является жизненно важным для местного населения. Туристов в троллейбусе было двое: я и еще какой-то парень.

Сесть мне удалось только на подъезде к Хиве. Конечная остановка троллейбуса находилась прямо у северных ворот крепости Ичан-Кала.    

Кстати, я забыл упомянуть, что эта крепость - не просто памятник архитектуры, но и место, где до сих пор живут люди. Кроме того, здесь есть масса больших и маленьких отелей. В один из таких я и направился. Да-да, я жил прямо в крепости! Причем за пятнадцать долларов в день мне выделили отдельную комнату, а по утрам давали такой завтрак, что я чисто физически не мог его в себя втиснуть. Кроме того, в этом гостевом доме можно было залезть на крышу и наслаждаться прекраснейшим закатом, чем я позже не преминул воспользоваться. 
Вид на дворец Таш-Хаули

Я заселился, разобрал вещи и принял душ. После этого я понял, что в принципе не в состоянии куда бы то ни было идти, а потому завалился спать. Проснулся, когда за окном уже было темно. И разумеется, столкнулся с уже привычной напастью: мне страшно хотелось есть. Часы показывали примерно девять, при этом я четко понимал, что в это время мне едва ли стоит искать работающее кафе. Единственная надежда была на магазин. Я вышел из крепости. Вокруг - непроглядная темнота. Улицы были совершенно пустынными и практически не освещались. Я двигался куда глаза глядят, периодически посматривая на свой навигатор. Спустя примерно двадцать минут поисков мне удалось найти небольшую палатку с продуктами, где была куплена очередная пара шоколадок. Они уже в который раз не дали мне умереть в Узбекистане голодной смертью.

К счастью, приключений на этот день больше не было. Я вернулся в отель, посмотрел телевизор и лег спать. 
Большой внутренний двор дворца Таш-Хаули

Новый день встретил меня прекрасной погодой. Светило солнце. На улице было по-приятному прохладно. Надо сказать, я разоспался: на завтрак спустился только в районе девяти, поэтому в столовой уже никого не было. Перекусив и поболтав с хозяином, я собрался и отправился осматривать достопримечательности.

Признаться, меня несколько пугало то, что предстояло сделать. Вы меня, надеюсь, поймете, если посмотрите на карту достопримечательностей, которую я для себя составил перед поездкой. Но, как говорят, путь в тысячу шагов начинается с одного шага, поэтому пошел. Правда, не успел я пройти и сотни метров, как натолкнулся на какую-то женщину, которая пригласила меня к себе домой пить чай. Если вы читали мои предыдущие записи, то помните, что я воспользовался такой возможностью, когда был в Бухаре. В этот раз я решил отказаться, поскольку планов на предстоящие дни было громадье, и я боялся не успеть. 

Первым на моем пути был дворец Таш-Хаули. В XIX веке он служил главной резиденцией хивинских ханов. Внешне в нем ничего примечательного нет - просто глиняные коричневые обветренные стены. Но все меняется внутри. Впрочем, не буду вам так сразу раскрывать все секреты, поскольку меня самого на входе остановили и потребовали билет. Я уже потянулся было за деньгами, но мне сказали, что покупать его надо в кассе, расположенной в западных воротах крепости Ичан-Кала. Туда и направился. Цена оказалась немаленькой, что-то в районе 7 долларов (на тот момент примерно 500 рублей), если не изменяет память. Но за эти деньги можно было посетить все хивинские музеи, кроме парочки особенных мест, о которых я непременно расскажу в этой записи. 
Малый внутренний двор дворца Таш-Хаули

Я вновь направился к дворцу Таш-Хаули. Внутри меня ждали совершенно удивительные орнаменты, покрывавшие стены. Синяя мозаика смотрелась непривычно, поскольку глаз уже привык к мертвенно-песочному цвету, захватившему практически все, что только можно. Посреди двора - колодец. Оно и немудрено: вода в этих районах имеет первостепенное значение. 

Большое пространство внутреннего двора сменилось узкими проходами и маленькими комнатками, в которых тут и там стояли экспонаты - дворец Таш-Хаули оказался музеем ремесел. Впрочем, довольно бедным. Да и можно ли было сделать такую экспозицию, которой удалось бы перекрыть очарование самой Хивы?! Однако же этот музей удивил, когда в одной из комнат я нашел невесть откуда взявшуюся карету. Надо думать, что появилась она уже с приходом в эти края русских. И все же карета в Узбекистане - и уж тем более в Хорезме - произвела на меня точно такое же впечатление, как если бы я увидел апельсиновое дерево где-нибудь под Санкт-Петербургом.

Вскоре я набрел еще на один внутренний двор, чуть меньший по своим размерам, чем первый, но в то же время несколько более уютный и романтичный, что ли. Сфотографировавшись там, начал искать выход, но не тут-то было. Дворец оказался небольшим лабиринтом, так что пришлось поплутать.
Медресе Кутлуг-Мурад-Инака

Выбравшись на улицу, направился к медресе начала XIX века Кутлуг-Мурад-Инака. Кстати, довольно любопытной оказалась табличка с описанием этого медресе. Приведу здесь небольшую выдержку. Она должна помочь вам, как помогла мне, представить, как текла жизнь в этом учебном заведении.

В медресе имеется читальный зал, мечеть и 82 кельи. Во внутреннем дворе есть сардоба - подземное водохранилище. По словам старожилов, эта сардоба обеспечивала питьевой водой горожан во время осады. 
Картина узбекского сюрреалиста
В медресе работали знаменитые ученые своего времени. По историческим данным, в медресе преподавали 4 ахунда, 49 домуллов, 1 мулла, а также работали библиотекарь, цирюльник и 2 служителя. 
Учитывая многонациональность студентов медресе, в составе преподавательского коллектива работали более 20 туркмен и казахов, более 30 каракалпаков.
По условиям вакуфного документа медресе, мутавалли (директор) получал 1/10 часть общего дохода, по 0,3% получали имам и муэдзин. Если студент пропускал занятия в течение 20 дней без уважительных причин, он лишался стипендии. Если преподаватель не являлся на работу более 7 дней, он лишался привилегий. 

Сейчас в медресе разместилась небольшая выставка картин. С удивлением обнаружил, что в Узбекистане есть свой сюрреалист, на мой вкус, с несколько наивными, но в целом интересными работами.
Внутренний двор медресе Кутлуг-Мурад-Инака.
В центре - подземный ход, ведущий к сардобе

Особый интерес представляет внутренний двор этого медресе. Обычно здесь располагается колодец. Но, как сказано выше, в данном случае под землей находилась сардоба. Причем на нее можно было посмотреть: вниз уходила лестница, которая оканчивалась резервуаром, где скапливалась вода.
Ворота Палван-Дарваза. Вид с внешней стороны крепости

После этого я покинул пределы крепости Ичан-Кала через восточные ворота, носящие название Палван-Дарваза. В том районе меня интересовала пара старинных мечетей. Одна, кстати, оказалась действующей. А еще там обнаружился рынок. Собственно, попал я к той его части, что находится с краю. Здесь встречались одиночные торговцы. В центр этого рынка в тот день я заглянул позже, о чем также будет свой рассказ.

А впереди меня ждал музей природы. Он так же, как и многие другие, располагался в медресе. Это учебное заведение было построено в 1855 году и носит имя Абдуллы-хана. В кельях собрана поистине потрясающая коллекция. Выяснилось, что окрестности Хивы - это не мертвая пустыня, как я думал вначале, а наполненный жизнью уголок. Помимо разного рода пресмыкающихся, в Хорезме обитают травоядные и хищники, растет множество растений и выращивается много культур, среди которых выделяются прежде всего различные сорта винограда. 
Чучело степного кота в музее природы

К сожалению, посещение этого музея было омрачено неловкостью положения, в котором я невольно оказался. Дело в том, что на входе меня встретил местный житель - кажется, его звали Григорием. Он фактически провел для меня экскурсию, все показал, рассказал, что сам охотится и рыбачит. Кстати, он мне поведал, что степного кота, чучело которого вы можете видеть на фотографии, использовали, чтобы казнить неверных жен. Процедура была предельно проста: на несчастную бросали животное, и то ее раздирало заживо. На выходе Григорий дал мне пару узбекских монет. Как мне кажется, это довольно редкая вещь, поскольку пользуются здесь в подавляющем большинстве случаев купюрами, номинал которых начинается от 200 сумов (вообще-то, от 100, но их тоже днем с огнем не сыщешь). Достоинство монет куда меньше, их покупательная способность стремится к нулю, а потому из употребления они практически выведены. Взамен Григорий попросил подарить ему российские монеты. И вот тут вышел конфуз. Дело в том, что перед поездкой я взял только купюры и, соответственно, удовлетворить просьбу никак не мог. Похоже, мой новый знакомый не очень-то поверил моим объяснениям и на меня обиделся.
На улицах Хивы

Смущенный, я направился в очередное медресе - Матпанбая 1905 года постройки. Здесь располагался исторический музей, в котором было собрано оружие, различные сельскохозяйственные инструменты, а также предметы, рассказывающие о религиях, распространенных на территории Хорезма в древности. Оказалось, что люди здесь исповедовали, помимо прочего, буддизм и зороастризм. Последний был особенно популярным.
Рядом с Джума-мечетью и одноименным минаретом

Покинув медресе, пошел в Джума-мечеть. Это одно из уникальнейших зданий города. Начнем с того, что этот храм является древнейшим в Хиве. Он был построен в X веке, а в XVIII перестроен. Кроме того, эта мечеть не имеет ни куполов, ни галерей, ни внутреннего двора. По сути, это просто здание прямоугольной формы без каких-либо декораций, внешне ничем не примечательное. Его культовое предназначение выдает, пожалуй, только стоящий рядом минарет высотой 33 метра. А вот внутри понимаешь, что оказался в настоящем архитектурном шедевре. Потолок мечети опирается на 213 деревянных резных колонн, каждая из которых - настоящее произведение искусства. Естественно, многие из этих колонн со временем приходили в негодность, и их меняли. Тем не менее, некоторые стоят уже много сотен лет. Так, здесь сохранились колонны, относящиеся к XIV веку. Резьба на них порядком поистерлась, однако свою функцию они выполняют исправно. Предлагаю и вам насладиться внутренним убранством:


Есть один любопытный факт, о котором я узнал уже после поездки. Оказалось, что деревянные колонны и двери в древности были безумно дорогими и позволить их себе могли только очень богатые люди. Дело в том, что в Хорезме практически нет деревьев. Таким образом, цены на древесину достигали заоблачных высот. Соответственно, иметь деревянную дверь или колонны было очень почетно. Мало того - их в обязательном порядке украшали резьбой, сложность которой поражает воображение. А теперь хочу напомнить: в Джума-мечети 213 деревянных колонн и одна деревянная дверь...

Как следует побродив внутри, я обнаружил, что неподалеку от входа есть лестница, ведущая на верх минарета. Заплатив некоторую сумму за подъем, начал восхождение. Конечно, кто-то скажет, что подняться на тридцатитрехметровую башню - плевое дело. Да, только если вам не приходиться преодолевать уходящую вверх спираль, ширина которой едва дотягивает до полутора человеческих корпусов, высота ступеней которой не составляет в среднем 25-30 сантиметров, а низкий потолок не заставляет вас забираться, согнувшись и присев. 
Виды Хивы с высоты минарета Джума. На первой фотографии прекрасно видны минарет Ислам-Ходжа и мавзолей Пахлавана-Махмуда. На второй - минарет Кальта

Наверху была куча туристов. Пару минут я потратил, чтобы как следует отдышаться. Потом еще какое-то время ждал, пока уйдут люди. Когда они ушли, поднялась группа местных школьников, которые прогуливали уроки. Перекинулся парой слов с ними. Затем и они ушли. Оставшись один, я наконец-таки смог вдоволь пофотографировать окрестности. Вид, надо сказать, с минарета открывался потрясающий. Вся Хива как на ладони, внизу играли свадьбу, кругом копошились туристы, торговцы сувенирами зазывали покупателей, город жил. 

Кстати, именно на смотровой площадке минарета я сделал фотографию, которую вы можете найти в разделе "Об авторе" моего блога.

Я полез вниз. Делать это оказалось намного сложнее, чем подниматься. Кроме того, где-то в середине путь преградила - вы не поверите! - влюбленная парочка. Парень с девушкой из местных сидели на ступеньках и болтали друг с другом. Обойти их, при этом не оступившись, чтобы не полететь вниз и не свернуть себе шею, было непросто. В конце концов я все-таки преодолел спуск по этой винтовой лестнице и вновь оказался внутри Джума-мечети.
Не очень красивый внешний вид этой дыни и отсутствие у нее
ароматного запаха были с лихвой скомпенсированы потрясающим вкусом

Несмотря на то, что мне удалось обойти довольно много мест, стрелки часов едва приблизились к полудню. Я решил сделать небольшую паузу в культурных изысканиях и пойти на рынок купить дыню. Развалы мне удалось найти на его восточной окраине. Там продавали довольно много торпед, но, как я писал выше, мне их советовали не брать. Спустя пару минут поисков я наткнулся на страшные-престрашные дыни, внешний вид которых у меня почему-то больше ассоциировался с кабачками. Попробовал. И знаете что я вам скажу? Это была одна из самых вкусных дынь, что мне когда-либо доводилось есть! Удивительно сочная, с твердой мякотью и безумно сладкая. "Сколько?" - спрашиваю у продавщицы, не подавая виду, что мне понравилось. "Пять тысяч". На тот момент это было примерно 70 рублей. "За килограмм?" - спрашиваю, немало удивившись. "Неееет! За штуку", - сказали мне хором продавщица и стоявшая рядом покупательница. 

Довольный приобретением, я пошел в сторону своего гостевого дома. Но не успел пройти и сотни метров, как в глаза мне бросились причудливые ягодки, которые до этого я никогда не видел. Их продавали в стеклянных банках. 500 сум (7 рублей) - поменьше, 1000 (14 рублей) - побольше. Подхожу к продавцу и спрашиваю, что это такое. Удалось узнать узбекское название, которое я тут же забыл, а также то, что эти ягодки можно есть без дополнительной обработки. Купил маленькую баночку. Попробовал в гостевом доме. Вкус у этого дела кисло-сладкий, сами ягодки практически без сока. Позже я узнал, что называются они желтым боярышником.
В мастерской резчика по дереву

Поев его и дыни, полежав с полчасика на кровати, пошел исследовать дальше. Помните мой рассказ о дороговизне дерева? Так вот, я набрел на медресе, во внутреннем дворе которого была мастерская резчика по дереву. Тут стояли двери, доски для нарезания продуктов, трости, подставки для книг и многое другое. Рядом толкались любопытные туристы из Германии.    
Медресе Кази Калян

Надолго я там задерживаться не стал и направился в медресе Кази Калян, где обнаружил музей национальных музыкальных инструментов. Там мне, помимо прочего, показали небольшую часть из советского музыкального фильма "Ровно в семь по-хивински" и предложили купить диск с ним. Я отказался в надежде, что дома смогу найти его в Интернете. Однако по возвращении в Россию сделать мне это не удалось. В сети сохранились лишь немногочисленные упоминания о нем.

Дело шло к вечеру. Улочки потихоньку пустели. А торговцы сувенирами и хозяева расположенных в медресе различных мастерских начали мыть улицы. Этот процесс сопровождался веселым шумом и гамом. 

Я отправился к медресе 1873 года, которое было построено хивинским купцом Якубаем-Ходжой и носит его имя. Там работает мастерская, где ткут ковры. На процесс можно посмотреть и даже поучаствовать. Владелицы - молодые девушки, которые вообще не говорили по-русски - также занимались уборкой. Увидев меня, они тут же знаками пригласили меня качать воду. В стороне я остаться просто не мог. Наполнив пару ведер, пошел посмотреть, как ткут ковры. Этот процесс я уже увидел пару дней назад в Бухаре. Могу только повторить: адская работа!
Сначала воду качала эта девушка, а я ее фотографировал. Но вскоре она увидела меня, и мы довольно быстро поменялись местами

Оттуда пошел в медресе Матрасул Мирзабоши, где ковры уже продавали. Кроме того, здесь можно было купить национальную одежду и различные ткани.
На входе в мавзолей Пахлавана-Махмуда

Следующим на моем пути был мавзолей Пахлавана-Махмуда. Это хивинский поэт XIII века, который был знаменит нечеловеческой силой и способностью врачевать различные болезни. Изначально его похоронили, как и всех, на кладбище. Но тут же образовался поток паломников, так что хивинские правители приняли решение соорудить над могилой комплекс зданий, в том числе кельи, где люди могли бы останавливаться. Ансамбль не раз перестраивался, причем на каком-то этапе он превратился еще и в усыпальницу правителей Хивы. Соответственно, как внешнему, так и внутреннему облику мавзолея было уделено немалое внимание. Снаружи глаз останавливается на огромном куполе бирюзового цвета, который ярким пятном выделяется на фоне песочных строений города. Что касается внутреннего убранства, то лучше вам посмотреть вот это видео, которое я снял, будучи там. Словами такие вещи лучше не описывать.


Последнее, что мне хотелось посетить в тот день - медресе Ислам-Ходжа и одноименный минарет. Сейчас в бывшем учебном заведении, построенном в начале XX века, располагается музей декоративно-прикладного искусства. Пробежавшись быстренько по экспозиции, я уже во второй раз за этот день начал подъем по спиральной лестнице. Причем минарет был самым большим в городе: более 56 метров. Впрочем, поднаторев в этом деле, наверх я забрался довольно быстро. Там столкнулся с французской парочкой и минут десять-пятнадцать ждал, пока та уйдет. После этого для меня одного открылся такой вид, что ради него одного только стоило приехать в Хиву. Завороженный, я простоял на смотровой площадке немало времени и с трудом заставил себя уйти.
На первой фотографии я стою рядом с медресе Ислам-Ходжа и одноименным минаретом. На второй - вид на Хиву с этого минарета. На переднем плане хорошо видны Джума-мечеть и одноименный минарет, а также мавзолей Пахлавана-Махмуда. На заднем плане различим минарет Кальта
Спустившись, прогулялся в сторону жилых домов, расположенных в пределах крепости Ичан-Кала, а потом пошел в гостиницу. Там, движимый любопытством, я забрался на крышу и посмотрел на Хиву оттуда.

После этого мне оставалось только пойти спать. Впереди меня ждали очень серьезные испытания.